Авиация

белый лист

1 предчувствие

 

Он чувствовал его всей поверхностью кожи, ощущал, как луч разделяет его тело на две половины, тревожа его и без того беспокойный сон. В его голову медленно приходило осознание, что наступило утро, что ему надо вставать. Где-то вдалеке уже слышался рокот мотора, а ритмичные удары колёс о рельсы сливались с биением его сердца.

нибудь из пассажиров.

безопасности.

н напрягся, встал с койки и, взявшись за поручень, огляделся, готовясь к неожиданным последствиям.

телом на части, круша препятствия на пути.

Антон открыл глаза, приподнялся и осмотрелся. В темноте он увидел силуэты спящих на полу ребят. Их он помнил, помнил это место и как он тут оказался. Он взглянул на свои ладони, немного напряг свои затёкшие забитые мышцы, тихо встал и вышел на улицу.

йного блаженства. Время на мгновение замерло, погрузив в забвение всех земных обитателей. Он отошёл от ограждения и сел на старое обветшалое, но мягкое и удобное кресло, взглянул на звёзды, бриллиантовой россыпью раскинувшиеся на безоблачном небе, и стал слушать треск сверчков, играющих свою загадочную скрипучую симфонию.

икосновение, слышал каждый звук, помнил каждую мысль, что приходила к нему в голову.

то в бесконечной близости от него ослепительная сфера солнца тёплой волной огня окутывала горизонт, вновь приводя своим теплом весь жизненный механизм в движение.

нтона, зевнул, после чего подошёл к перилам и, опёршись на них локтями, начал небрежно осматривать участок.

А тут тоска, если б не работа, я бы закис от безделья.

, — ответил ему Антон.

микроскопическими размерами, потому что больше гордиться будет нечем.

   -Тебе явно не хватает развлечений.

то рано встал.

.

как вчера Вова приезжал?

сказал Антон.

сказал Стас.

   -Ты же вроде не пьёшь, — с усмешкой произнёс Антон.

работать приехал, а не заниматься психотерапией всяких идиотов. Он надрался вчера. Приехал, нагнал на ребят и уехал. Сегодня должен вернуться, дать аванс.

но уже успел стать хорошим мастером. Антону нравилось с ним работать. Стас его никогда не подводил, сам мог уладить любой вопрос и не отказывался от помощи.

.

не прибавляет. Ни профессия, ни возраст, ни статус. Кто он там, кстати — актёр? ведущий?

, — сказал Стас.

   -с чего ты взял? — спросил Антон.

удет

— сказал Антон.

   — И резко отупели. Ты дождёшься его?

женный выходной, так сказать. Сейчас в порядок себя приведу, соберу вещи и поеду.

тас. Он зевнул и пошёл обратно в дом.

как никогда раньше, хоть и потерявшие свою первозданную ценность.

то лёгкого и прекрасного.

а неровно покрашенных синих стенках разноцветными гроздьями колыхались запачканные, потрёпанные бумажные объявления, скрывая под собой нечитаемые надписи, нарисованные чёрным маркером.

ковылял по асфальту дряхлыми ногами, изредка почёсывая свою густую седую бороду. По его раскрасневшемуся лицу, усеянному глубокими бороздами морщин, было видно, что каждый шаг давался ему с трудом. Старик подошёл к остановке, потоптался на месте и сел на скамью внутри шатра.

   -Вы все ещё увидите, — хриплым голосом бурчал старик, доставая из кармана своего грязного пиджака сигареты, — скоро всё поменяется, — он закурил, после чего его пробил глубокий кашель, — Слышишь, парень?

нтон, повернувшись к нему.

   -Никому не верь, никому ничего не отдавай. Они захотят, будут уговаривать тебя, угрожать, но ты всё равно не отдавай.

нтон.

   -Слышишь, война начнётся, — сказал старик. Он сделал ещё одну затяжку и закашлялся ещё сильнее.

-И что?

   -Как что? — удивлённо спросил старик.

знаешь, как её предотвратить.

то неразборчивое.

   Антон с отвращением посмотрел на него, но всё же достал из кармана телефон и попробовал вызвать скорую помощь. Вместо ответа он услышал в трубке скрипучий треск.

   -Скоро всё это потеряет ценность, — продолжал старик. — Не дай бог мне дожить до этого момента. Слышишь, все захлебнуться в своих кошмарах.

прежнему не мог дозвониться до скорой помощи, однако его желание что-то сделать стремительно угасало. Через мгновение из-за горизонта показалась белая крыша маршрутки. К остановке подъезжал небольшой потрёпанный микроавтобус. Дверь открылась. Антон последний раз посмотрел на старика и зашёл в салон, сразу передав деньги водителю. Он беглым взглядом осмотрел немногочисленных пассажиров и расположился на месте у окна.

то известный, кто-то что-то украл, кто-то задержан за убийство — это его мало интересовало. Он осознавал всю рутинность происходящего. Эти события никак не влияли на его жизнь, да и он уже давно не хотел участвовать в их безумии. Они не имели никакой этики, не несли никакого развития, и поэтому были для Антона совершенно неважны. Не такой он хотел видеть окружающую реальность.

тянуло к себе людей. Только здесь они могли пытаться удовлетворить все свои эмоции всеми возможными способами.

богатство, тот короткий срок, за который он должен был успеть совершить великие дела. У него не было чёткого плана, схемы или алгоритма, но его цель всегда оставалась непоколебимой. Всё должно измениться.

последней отметки, а его тело больше не требовало остановки, не споря с ним ни о чём. Он двигался вместе с потоком собственных мыслей.

К ней он двигался изо всех сил.

спеша поплёлся домой.

и как воздух наполнялся духотой и влагой, в то время как вода продолжала быстро падать на твёрдый асфальт, разбиваясь на множество мелких брызг, и вновь поднималась ввысь, мгновенно высыхая на разогретой за день поверхности. Он чувствовал дождь, наслаждался им, был им, переживая каждый мокрый всплеск на мутных зеркалах только что появившихся луж.

то такое?

переводя беседу на неформальный лад.

   -Да так, ничего, — сказала она, смущённо улыбнувшись.

он, улыбнувшись в ответ.

роста казался больше её самой, — у меня поезд домой только утром будет, а на вокзале сидеть я не хочу.

— сказал Антон.

Ладно, пойду дальше, — сказала она.

проблему легко решить, — сказал он, — переночуй у меня. У меня есть место.

   -Я не могу, — ещё более смущённо ответила она. — Я не хочу тебя обременять.

   -Это эксклюзивное предложение, — подчеркнул Антон.

   Она немного замялась, обдумывая своё решение.

, то просто следуй за мной.

ми каплями. Антон снова посмотрел на время. Ему хотелось, чтобы поскорее начался завтрашний день.

-Подожди, — окликнула его она.

.

они вместе продолжили свой путь домой.

   -Как зовут тебя, красавица? — спросил Антон.

— ответила она.

   -Я Антон, — сказал он. — Весьма и весьма. Откуда ты?

   Светлана сказала ему название своего города. Для Антона это место ничего не значило. У него не было оттуда знакомых ему людей, и всё, что в нём происходило, было вне поля его интересов.

Антон.

. У вас столько здесь всего интересного. Была бы возможность, я бы задержалась подольше, — она улыбнулась, погрузившись в воспоминания очаровательных образов, которые окружали её последнее время.

   -И какими судьбами? Ты как турист здесь? — продолжал задавать вопросы Антон.

сегодня ночью ещё успею походить по достопримечательностям, но погода подвела.

   -Что за работа у тебя? — сказал Антон.

.

   -Всякие штуки? – переспросил Антон.

различных средах. Там подвязаны и квантовые воздействия, и ещё много чего. Знаешь, если объект раскрутить до очень высоких оборотов, более, например, двадцати тысяч оборотов в минуту, то он становится очень лёгким, практически невесомым. Вот с этими и другими эффектами мы планируем работать.

Почему?

выделяют лабораторию?

.

Великие дела делаются, как всегда, на коленке и обычно в гараже, – усмехнулся Антон.

. – Мы этот этап уже прошли.

он.

, — ответила она. – Только теперь у нас есть пространство для наших исследований.

Ясно.

ко готовых макетов и установок.

будете постигать природу реальности? — усмехнулся Антон.

то было для неё действительно важно, интересно, захватывающе.

свете, беспокоившие её сильнее дождя и промокшей одежды, бессонной ночи или долгой дороги домой.

-Надо же, первый раз в жизни разговариваю с настоящим учёным, — заметил Антон.

   -Эх, пока ещё не совсем, — сказала Светлана, представляя, что ещё предстоит сделать. — Мы пока ещё не сделали никакого открытия.

он прервал свою мысль.

   -А в итоге? — спросила она.

   -Я думаю, ты скоро сама всё увидишь.

смогли оказаться у него дома.

сознание зрелище.

, представляя ей свой дом. Светлана застыла в изумлении.

-Ты сам всё это сделал? — спустя довольно длинную паузу с удивлением спросила она.

увлёкся, что уже не смог остановиться.

совершенно новые.

Для неё это место представлялось не просто галереей или музеем. Это было похоже на храм, некое святое место, которое просто недолжно существовать, выбиваясь из всех мысленных стандартов. Здесь хотелось находиться, хотелось разглядывать, ощущать, трогать. Внутри неё пылал только восторг. Она уже успела забыть про мокрую одежду, про усталость и завтрашний поезд.

переходами.

ответил он, наслаждаясь её реакцией.

стью единого пространства помещения и стен, их естественным продолжением. Посреди всего этого сводившего с ума великолепия повсюду лежали инструменты, мешки со шпаклёвками и баночки с красками, оставленные в таком виде, чтобы однажды, дождавшись своего владельца, они смогли стать частью ещё одного грандиозного произведения.

чувствами, что испытывала она.

помогая снять ей рюкзак. — У меня редко бывают гости. Я здесь всё под себя делал, так что за комфорт отвечать не могу, — он широко улыбнулся.

в каком то другом, неведомом ей мире, сконцентрированным в одной точке, сингулярности этого дома.

, глядя на то, как капельки воды стекали с её мокрых спутавшихся светлых волос и падали на кусочки мозаики, лежащей под её ногами.

   -Что? А, да, — вернувшись обратно в свой разум, сказала Светлана.

   Она достала из рюкзака свои сухие чистые вещи, и зашла в ванную комнату. Антон проводил её взглядом и, продолжая широко улыбаться, пошёл заваривать чай.

то ещё.

   -Они просто прекрасны, — с благоговением произнесла она.

, — неохотно сказал Антон.

   -Ты скромничаешь? — спросила она.

не допускать ошибки и неточности.

необычность твоего стиля?

, что это так. Мой стиль состоит из моих технологий. Разве у тебя в расчётах ошибки не должны исправляться? — он отхлебнул горячего чаю из своей кружки.

казала Светлана

-Я не вижу разницы.

другого.

значение. Моё творчество — это тот процесс, который обретает смысл только для меня, мой личный процесс познания и развития.

   -У тебя есть гитара? — спросила она.

   -Гитара? — удивлённо переспросил он.

в путешествие не взяла, а так хочется поиграть.

   -Я думаю, я смогу решить эту проблему, — он пошёл к потайному шкафчику, и достал оттуда инструмент. — Она у меня от друзей осталась на память. Я так ни разу на ней и не сыграл. Друзья мне говорили, что она не очень хорошо звучит.

есть струны, — сказала Светлана, принимая у него инструмент. — Возможно, что она просто зазвучит по своему, так, как она захочет.

никакими мысленными ограничениями. В этих волшебных звуках присутствовало чувство, что-то необузданное, стихийное и в то же время уравновешенное и спокойное. Она заставляла картины оживать, связывая собой все раздробленные элементы этого иллюзорного мира и наполняя его движением, жизнью. Она будто вдохнула душу в эти образы, пробудила их ото сна.

и наступила пугающая немая тишина, застывшая тяжёлой пеленой в пространстве, остановив все движения в этом искусственном мире.

— никогда не слышал, чтобы так играли.

тебя хорошая гитара. Своенравная, грубая, но хорошая.

таки это было что-то, — сказал он.

это просто звук. Он не имеет сути без автора, без инструмента. Я ведь не придумала ничего нового. Я просто услышала в этом звуке возможности для себя.

— А ты не пробовала выступать с этим?

   -Зачем? — удивлённо спросила она.

получается играть, — сказал Антон.

-Возможно. Однако музыка для меня это лишь способ познания. Я же инженер, учёный, а музыка… музыка — это часть моей профессии. Она помогает мне кое-что понять, что я не могу понять из расчётов, формул и экспериментов.

твлечённо произнёс он. — Сыграй мне ещё. Я хочу записать её.

силуэтов аплодирующих зрителей.

потом музыка стихла.

   -Пора спать, — сказал Антон, посмотрев на часы. Он спешно собирал краски и замачивал кисти.

ая время от времени теребить струны. — Было классно, даже не хочется останавливаться.

   -Это необходимо, — сказал Антон.

неразборчивым бормотанием, будто бы истекал из его головы. Яркий свет тонкой полоской падал на лицо, от чего ему становилось неуютно. Он повернулся на другой бок. Откуда-то из глубины нахлынули знакомые ощущения, которые он не хотел испытывать снова. И этот тошнотворный отрезвляющий запах. Эта нестерпимая духота. Он открыл глаза.

то банальных вещах, смысла которых он никак не мог уловить. Антон продолжал идти по проходу пытаясь вспомнить, куда же едет этот поезд, куда же едет Он.

то чушь.

старик, — сказал Антон, — что ты здесь делаешь?

в зашторенное окно, изредка затягиваясь своей сигаретой. Тогда Антон слегка толкнул его.

   -Эй, очнись, — сказал он, но реакции не последовало. После очередной затяжки старик слегка закашлялся, но его взгляд находился на том же месте.

. Он уже знал, что будет дальше.

другом. Зверь спрыгнул внутрь вагона, давя их своей массой и ломая перегородки. Его три пары красных глаз пылали ярче прежнего, а жуткий улыбающийся оскал стал ещё шире. Он будто ликовал от происходящего, предвкушая каждый свой шаг.

го пустой взгляд был направлен на чудовище. — Кто ты такой? — повторил он.

рывком бросился к ним. Одним быстрым ударом своей огромной куриной лапы он припечатал Антона к полу, сдавливая его словно тиски. Тупая боль врезалась в его мозг. Он не мог дышать, а во рту почувствовался привкус крови. Он не мог пошевелиться. На его сознание опускалась тёмная пелена, сквозь которую он видел, как другой лапой монстр хватает старика и с упоением откусывает ему голову. Он чувствовал как капли горячей крови падали ему на лицо, как его тело тоже поднималось вверх. А потом всё заполнилось чернотой.

желая снова оказаться там. Вслушиваясь в пустоту, он понемногу приходил в себя. Шум и тряска вагона исчезли. Воздух наполняли знакомые запахи. Утренний свет понемногу проникал в комнату, срывая с его тела покровы ночных наваждений.

таки они отличались друг от друга. И что там делал тот старик?

сумел повлиять на его восприятие.

в своей постели и с трудом открыла глаза, встретившись с яркими лучами красноватого солнца.

   -Пора, — произнёс Антон.

   -Почему же так рано, — с шутливой капризностью в голосе пробурчала она.

   -Самое время, чтобы вершить дела, — сказал он.

глубь своего рассудка и отстраняясь, мысленно наблюдая за тем как волны на его жизненной линии, поднявшиеся от одной случайной встречи, успокаивались и замирали, возвращаясь в привычный для него поток. Он наблюдал, как они вместе завтракали, как собирали вещи, как вышли из дома и как сели в метро, как они стояли на вокзале и ждали отправления поезда.

, неким символом свободы и перемен, лимбом между мирами.

   Антон вместе со Светланой сидели на лавочке возле вагона, томительно ожидая отправления поезда. Они хотели, чтобы этот момент не наступил или поскорее закончился. Это состояние было полно неловкости. Их слова казались бессмысленными и неважными.

   -Как думаешь, мы ещё увидимся? — спросила она, теребя язычок молнии на своём рюкзаке.

.

   -Почему? — удивилась она.

   -Почему вряд ли?

   -Да.

— задумчиво сказал Антон.

   -Думаешь, наша встреча случайна? — сказала Светлана.

   -Да.

   -Ты не веришь в судьбу? — сказала она.

то как раз в том, что это такое. Случайность является случайностью, пока в ней не появляется необходимость, либо не вмешивается непреодолимая сила. Да это неважно. Не бери в голову. Всё будет хорошо.

   Диктор по громкой связи объявил о скором отправлении поезда.

   -Пора, — сказала она.

иши мне, — попросил Антон. — Я хочу знать о твоих открытиях. Вдруг им суждено будет изменить мир.

   -Ладно, — засмеялась Светлана.

.

   -Конечно, я сразу тебе пришлю.

   Антон мягко обнял её за плечи и поцеловал в лоб.

   -Прощай, — тихо сказал он.

поезда отправляется куда-то за горизонт, растворяясь за извилистыми поворотами рельс. Он подумал, что больше её никогда не увидит. Лёгкое чувство тоски тонкой иглой закололо у него в груди.

.

н должен найти Её.

вернуться к работе, погрузившись в безмятежный океан своих идей.

н закрыл глаза и тут же провалился в тёмную пелену забвения, сквозь которую прорывались сумбурные звуки из радио, смешанные с монотонным гулом двигателя.

? — услышал сквозь дрёму Антон. Он открыл глаза и повернул голову, удивлённо глядя на пожилого пассажира в соседнем кресле.

. А вот я всех их знаю. Нет, вы взгляните туда.

к чему будет вести старик.

.

нтон прервал его мысль.

-Меня? Николай Иванович, — ответил старик.

ванович, вы кем служите?

я врач, — гордо ответил собеседник.

? — продолжал задавать вопросы Антон.

тветил собеседник.

, лекарствам?

они народ, — сказал Николай, продолжив жаловаться на мир.

.

на смертную казнь и поставить их всех до одного к стенке.

о есть вы считаете, что убийство людей может помочь изменить ситуацию? — усмехнулся Антон.

онечно. — Уверенно ответил Николай Иванович.

то с вами что делать? — почти серьёзно спросил Антон.

-В смысле?

и убивать не планирую. Так как мы с вами сможем изменить ситуацию?

Николай Иванович задумался на мгновение.

меётесь надо мной?! — вспылил старик. Антон усмехнулся.

.

— Дед разозлился.

собенно если им на нас наплевать.

сказал старик.

о тех пор пока ты не понимаешь суть собственных побуждений и поступков.

изненный опыт говорил ему, что в большинстве случаев всё в действительности со временем всегда заканчивалось неплохо, и малейший кризис всегда оборачивался возможностями.

, что всё хорошо.

не должно превращаться в чьё то развлечение.

нём уже не было души.

адо уйти подальше отсюда, чтобы забыть всю мерзость, всю бессмыслицу, которая открылась его глазам.

.

уже все равно уже не будет.

нтон не стал в него вглядываться и с немного отрешённым видом полез в свой рюкзак за паспортом.

нтону его красную потёртую книжечку.

нтон.

отлов, посмотрев ему в глаза.

ростите, как ваше имя?

-Александр.

-Александр, я не люблю формальности…

ы знали людей, с которыми работали?

нтон.

то пометки в блокноте.

таса.

то бригадир ваш?

то посвятит его в то, что случилось, отбросив ненужные разговоры.

в каких отношениях? — продолжал задавать вопросы Котлов.

овой только технические вопросы.

вчера вы что делали?

позавчера уехал в город.

нтон чувствовал, как следователь проверяет его.

что здесь произошло.

лександр был немногословен.

понемногу осознавая ситуацию.

пасатели пока нашли шесть тел.

х всего было шестеро.

лександр.

-Я не знаю, — неуверенно сказал он.

скажите ваш номер телефона, чтобы я в случае чего смог с вами связаться.

тветил Антон, продиктовав цифры своего мобильного.

ак глупо всё это, думал он.

со своими.

немая идея, доступная ему одному, созданная вокруг его искусственного мира, наполненного его сомнениями, вопросами и возникающими из них внутренними решениями, не приносящими ему никаких эмоций, балансируя в безмятежности.

н хотел, чтобы для них это не стало концом.

, окончательно переполняя чашу терпения.

му казалось, что он здесь единственный реальный человек, и даже люди, которых он знал, являлись искусственными, существами, живущими в других измерениях.

сё повторится, и он никак не сможет этому помешать.

-Вы же не отпустите меня просто так? — спокойно сказал Антон.

лось только ждать неминуемого конца.

, как длинные когтистые пальцы разрывали крышу вагона, как в образовавшейся дыре появился безжалостный взор раскалённых до красна глаз, и как внутрь с грохотом упало чёрное двуногое существо.

либо желаниями и стремлениями.

В её взгляде запечатлелся вопрос, на который они не могли найти ответ, и они стояли в объятиях друг друга, в равной степени переживая свою немую трагедию.

до него дошёл смысл, он уже и сам не мог ничего сказать, а внутри всё ломалось, трещало и проваливалось на дно, заполненное острыми ледяными пиками.

прошептал он.

а, — согласилась сестра. Он бессильным движением отпустил её, и они вместе вошли в дверь.

нибудь другой, и который исчез для всех навсегда.

всё же? – не дождавшись ответа он прошёл в комнату к гостям, оставив их в лёгком недоумении наедине с собой.

сейчас вернусь к тебе.

Ему не хотелось с ними общаться, не хотелось выслушивать пожелания и соболезнования. Они были ему чужими, и сейчас он хотел, чтобы так и оставалось. Антон пожелал им здоровья. Они в свою очередь поприветствовали его. Спустя несколько неловких предложений и неудобных ироничных шуток, тактично отказавшись от их компании, он вернулся в комнату отца, где его ждала побледневшая от усталости сестра, нервно теребящая в руках одну из отцовских поделок, которая показалась ему очень знакомой.

-Где же ты был? – тихо спросила она. В её голосе уже не звучало обиды и претензии. Только бесконечная тоска, которая трогала его куда больше.

– сказал Антон.

никак не могла до тебя дозвониться. Везде помехи, какие то сбои.

то ты теперь планируешь делать?

– она поставила статуэтку на стол, и протёрла рукой лицо. – Я устала.

нибудь, отдохнула.

отмахнулась она.

.

то ты в дверях то стоишь? Садись, — Ксюша указала ему на стул.

– сказал Антон. — Тебе помощь нужна? Деньги?

-Да какие деньги? – сказала Ксюша. — Мы с Андреем уже всё решили.

-Ну и что? Я же тоже должен внести свою лепту.

-На следующих похоронах внесёшь, — Ксюша слегка улыбнулась.

Как ваши дела?

, — сказал Антон.

.

– сказала Ксюша. – И как тебя отец терпел.

как у тебя всё, рассказывай?

о недавнего времени я думал, что неплохо. – Антон опустил глаза и улыбнулся.

свою худую руку.

-Нет, — уже окончательно расслабившись, сказал Антон.

, которую крутила в руках сестра, и протянул её Антону.

н будто был заперт в лабиринте города, в котором везде его поджидал мрак, от которого невозможно было спрятаться. Отовсюду на него смотрели эти глаза. Везде мерещилась усмехающаяся пасть, потешающаяся над его беспомощностью.

в деревянной фигуре. Почему то оно стремилось именно за ним, опьянённое необузданным желанием, которое невозможно было преодолеть.

, чем всё это закончится.

скоро уйдёт, но постепенно, она стала для него просто невыносимой.

то важной частью его самого, о которой он совсем позабыл.

, но он не мог остановиться. Он шёл, преодолевая шаг за шагом, а она всё стояла там, отвернувшись от него, хрупкая, тёплая, настоящая. Она будто бы была не на своём месте, а он шёл и никак не мог приблизиться к ней. Он почти бежал, но она всё так же была далека от него, и он всё так же не мог понять – кто же она.

-Да какого чёрта!!! – громко закричал Антон.

аздался голос рядом с ним. – И зрителей то полон зал. Походу будет интересный спектакль.

удивлённо спросил Антон, пытаясь разглядеть худое лицо незнакомца, сидящего на скамейке.

О, так ты не персонаж этой сцены?! — ещё более удивлённо сказал незнакомец.

был раньше. Существо взглянуло Антону в глаза и неспешно двинулось вперед, с каждым шагом разгоняясь всё быстрее, сминая своей невообразимой массой окоченевшие трупы людей, которые издавали последний истошный кашляющий смешок и замолкали навсегда. В этот раз ему не нужен был он. Ему нужна было она.

-Ты её не получишь!!! – закричал Антон.

Он одним движением вскочил на ноги и рванул навстречу судьбе. Уши заложило от ветра. Он не слышал стук колёс. Только дикое биение сердца, эхом отзывающееся пульсацией вены у виска, и необъятную ярость, заставлявшую его кровь кипеть. Забыв страх, Антон бежал к демону, и когда их разделяло одно движение, всё будто замерло. Ему в грудь упиралась ладонь незнакомца, другая рука которого была выставлена в сторону монстра, пасть которого уже нависала над ним, готовясь сомкнуться, разорвав его пополам.

-найди меня, — тихо сказал человек.

Демон коснулся кончиков его пальцев. Засияла ослепляющая вспышка белого света, и где то внутри себя Антон услышал знакомую музыку, а потом всё исчезло, погружая его глаза снова во мрак опущенных век, оставляя его наедине всего лишь с одной мыслью.

Он должен спасти Её.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *